Самый опасный момент для азербайджанского гандбола может наступить, когда его игроки перестанут жаловаться. Найдут другую работу, родители отведут детей в другие секции, тренеры перестанут ждать звонка о возобновлении занятий. Внешне все успокоится. Именно этого спокойствия сегодня и стоит бояться: оно будет означать, что люди научились жить без гандбола.
Как уже писал İdman.Biz, гандболистка сборной Азербайджана Азалия Гасанова в сентябрьском интервью рассказала о семи месяцах без зарплаты. Ей пришлось найти работу вне спорта. При этом карьеру она заканчивать не собирается и пытается поддерживать форму. Получается, человек еще держится за свою профессию, хотя зарабатывать на жизнь вынужден уже в другом месте.
Сколько времени можно прожить в таком режиме? После рабочего дня нужно найти силы на тренировку, а перед следующим - убедить себя, что все это еще имеет смысл. Нельзя бесконечно рассчитывать на любовь спортсмена к своей игре. У этой любви тоже есть бытовые обстоятельства: расходы семьи, платежи по кредитам, необходимость покупать продукты сегодня.
Спортивный директор Федерации гандбола Азербайджана Искендер Аскеров рассказал, что при попытках доиграть чемпионат страны у некоторых игроков не было денег даже на дорогу. По его словам, команды некоторое время продолжали выступать без оплаты, но последние три тура уже не состоялись. Трудно требовать от человека полной отдачи, когда само появление на площадке становится для него финансовой проблемой.
Поэтому вопросы об ответственности прежде всего адресованы руководству федерации.
Почему финансовые трудности обернулись остановкой соревнований?
Как и кто допустил потерю тренировочной базы?
Какие обязательства остались перед игроками и тренерами?
На эти вопросы нужны ответы с документами и цифрами. Без такого разбора любое возвращение будет сопровождаться естественным сомнением: сколько оно продлится на этот раз?
Отдельный вопрос - к остальным функционерам федерации. Салех Мамедов, по опубликованным сведениям, номинально сохранил президентский пост, но отказался продолжать финансирование гандбола.
Допустим.
Но куда в этот момент делись люди, которые вместе с ним руководили федерацией? Искендер Аскеров прямо говорил о том, что вице-президент и генеральный секретарь оставили его и спортсменов разбираться с последствиями кризиса.
Почему именно тогда они не взяли на себя организацию спасения гандбола?
Где переговоры с потенциальными спонсорами, спортивными обществами, футбольными клубами, которым можно было предложить создать или поддержать гандбольные команды под своими брендами?
Где публичная кампания помощи, краудфандинг в соцсетях, прозрачный сбор хотя бы на аренду зала и продолжение детских тренировок?
Если такие попытки предпринимались, о них нужно рассказать. Ведь потеря привычного источника финансирования не отменяет обязанностей тех, кто взялся управлять видом спорта. Или эти должности имели смысл лишь до тех пор, пока в федерации были деньги?
Но людям, которые еще готовы играть, необходима и перспектива. На мой взгляд, обсуждать ее стоит через два конкретных сценария. Первый позволяет сохранить нынешних спортсменов и тренеров. Второй меняет условия, из-за которых их профессиональная жизнь оказалась настолько незащищенной.
Первый сценарий - переходная программа на ближайшие три месяца. Ее стоило бы начать со встречи с командами: кто готов вернуться, кому уже пришлось уйти, какие тренеры могут возобновить работу. Так появится реальная картина того, что еще можно сохранить. После этого можно рассчитать необходимый бюджет: оплату труда, аренду подходящих залов, транспорт и медицинское сопровождение.
С этим расчетом федерация, а точнее, то, что от нее осталось, могла бы обратиться к нескольким партнерам за целевым финансированием переходного периода. Партнер должен видеть, какие команды получат поддержку, на какой срок хватит денег и кто отчитается за расходы. Приглашать спортсменов обратно имеет смысл после подтверждения средств. Новое обещание скорой зарплаты сегодня лишь увеличит недоверие.
Одновременно необходимо договориться о выделении регулярных часов в доступных залах. Если вопрос с ABU Arena быстро не решается, стоит искать временную площадку, пригодную для гандбола. Сохранившимся командам можно предложить короткий турнир с заранее оплаченными организационными расходами. Его масштаб должен соответствовать числу подготовленных игроков и возможностям клубов. Для человека, месяцами живущего в неопределенности, даже скромный календарь дает важное ощущение: он снова нужен команде.
Прежнюю задолженность при этом необходимо установить и согласовать с людьми порядок ее погашения. Возвращение на тренировку не должно означать отказа от заработанных денег. А у самой переходной программы должен быть понятный результат: сохранились ли команды, идут ли занятия, выполняются ли новые платежные обязательства? Ее слабое место очевидно: если за три месяца не появится устойчивое финансирование, кризис повторится.
Опора для восстановления уже есть. Мингячевирский "Кюр", получивший поддержку Министерства молодежи и спорта, продолжает работу; его мужская и женская команды заявлены в еврокубках сезона-2026/27. Этот опыт полезно изучить при подготовке переходной программы. Министерство наверняка с удовольствием выступит партнером в ее координации, помогая объединить специалистов и доступные возможности для тренировок.
Второй сценарий - постепенный перезапуск клубной системы. Его цель в том, чтобы у команды были собственные договоренности о финансировании, понятные обязательства перед игроками и возможность планировать сезон. На такую перестройку потребуется больше времени. Зато она дает шанс избавить гандболистов от зависимости всей карьеры от одного решения в кабинете.
Возможными партнерами клубов могли бы стать региональные компании, университеты или уже работающие спортивные общества. Начинать стоило бы там, где удастся собрать тренеров, игроков и обеспечить зал. Каждому потенциальному партнеру нужен конкретный проект: кого готовит команда, сколько стоит сезон, где она играет, как работает с детьми. Количество клубов должно расти по мере появления таких договоренностей.
Обещать, что все это быстро окупится билетами и рекламой, было бы преждевременно. Для начала нужно обеспечить сам сезон и не брать обязательств сверх подтвержденного бюджета. Желательно распределять поддержку между несколькими партнерами и заранее предусматривать резерв на случай задержек. Тогда уход одного спонсора не будет автоматически оставлять без заработка всю команду.
Федерации в этой модели предстоит организовывать соревнования, готовить сборные, развивать тренеров и судей, помогать клубам договариваться между собой. За каждое направление должен отвечать конкретный специалист. Руководству следует отчитываться перед гандбольным сообществом об использовании средств и выполнении планов. Человек, подписывающий соглашение с командой, должен понимать, кто отвечает за его условия и как защищены его интересы.
Особый смысл такая перестройка имеет для детского спорта. В Лянкяране прошел подростковый турнир, о котором 21 сентября сообщили СМИ. Победила команда школы № 5. Пока взрослые обсуждают кризис, у этих ребят уже есть своя настоящая победа. Теперь нужно сделать так, чтобы у них было куда расти дальше - к более сильным соперникам, в клуб, в сборную.
Эти сценарии можно соединить. На переходном финансировании сохранить тех, кто еще готов вернуться, а параллельно строить более самостоятельные клубы. Быстрые меры дадут людям работу и тренировки. Долгосрочные договоренности позволят планировать следующий сезон. Ждать завершения всей перестройки спортсмены не могут: пропущенное время карьеры потом никто не вернет.
Азербайджанскому гандболу сейчас нужно вернуть самое простое ощущение - уверенность в следующем дне. Пусть следующим поводом поговорить о нем станет игра. Даже скромная, даже без переполненных трибун. Главное, чтобы ее участники точно знали: у них будет и следующая. Иначе гандбол в стране ждет участь хоккея на траве. Какая? Никакая. Полное забвение при имеющихся многолетних традициях и перспективах.
Гамид Гамидов, директор İdman.Biz
